Власть
Карта
История
К юбилею Победы *
Музеи
Туризм
Котельничане
Отдых
Природа
Предприятия
Фотогалереи
Видео *
Образование
Форум
 

  РАСПИСАНИЯ

Электричек
Автобусов
Переправы

 
 

  ПОЛЕЗНЫЕ ТЕЛЕФОНЫ

 Полезные телефоны

 

  КОТЕЛЬНИЧ СЕГОДНЯ


9 сентября.
ул. Октябрьская.
Спиливают аварийный тополь
Комментировать

Фотоальбомы посетителей сайта

 
 

  ОПРОС

Все опросы

Комментировать


 
 

  СОТОВАЯ СВЯЗЬ

 

 

  РЕКЛАМА


По вопросам разработки сайтов и размещения рекламы вы можете обращаться по телефону 8(912)8201115
Подробнее

 

  ПАРТНЕРЫ САЙТА

Официальный сайт газеты Котельничский вестник



 

  РЕЙТИНГ


Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

Пожары и страхование от них в Котельниче

До нас дошло немного материалов об истории Котельнича. Они не сохранились еще и потому, что город часто выгорал. Древний Котельнич подвергался пожарам в 1686, 1721, 1805, 1905, 1918 годах. А 26 мая 1926 года Котельнич в течение трех часов сгорел на две трети.
Очевидцем и участником тушения пожара был наш земляк, писатель Леонид Рахманов. В своей книге “Люди – народ интересный” в рассказе “Пожары” он подробно описал тот день 26 мая 1926 года:

“Этот день стал как бы осуществлением страшного сна, который из года в год мы видели по ночам, не могли забыть днем и покорно ждали когда он исполнится наяву. Кто не жил в маленьком городе, состоявшем наполовину из деревянных домов, окруженных деревянными же амбарами, сараями и курятниками, тот не знает таких навязчивых страхов. Чего стоил один набат – этот словно взбесившийся, бьющий по нервам дробный блям колокола, висевшего на пожарной каланче в соседнем квартале. Он нас будил, мы вскакивали, впопыхах одевались, не зная, что горит, где горит, далеко или близко. Где бы ни горело, жители наши, узнав о пожаре выбегали на улицу. И не только от страха или из любопытства: многие, как например мой отец, непременно бежали на пожар, чтобы помочь тушить, - такова была провинциальная традиция, приближавшаяся к неписаному деревенскому закону, по которому все соседи сбегались гасить загоревшуюся избу или овин, пусть даже их самоличным хозяйствам не грозила опасность…

- В Шуршонках горит!
Шуршонки – это была приткнувшаяся к городу деревня, по существу продолжение нашей улицы (Луначарского), только за железной дорогой, пересекающей город. Улицу Луначарского и Шуршонки соединял виадук, перекинутый через железнодорожные линии. Услыхав про Шуршонки я выскочил за ворота и сразу увидал клубы густого дыма, быстро несущиеся по небу из-за железной дороги в нашу сторону. Не успел я решить – бежать мне сразу туда, где горит или не оставлять маму одну, дождаться папы – как вдруг папа меня окликнул. Вместе с моим школьным другом Колей Карловым (Коля Карлов – был сыном главного врача больницы, потом он вырос и стал Николаем Николаевичем Карловым – врачом с сорокапятилетним стажем, отцом и тестем врача, все трое работали в котельничской больнице) они примчались с горы. Очень скоро папа и Коля поняли, что горит далеко, за железной дорогой и умерили шаг. Добежав до виадука, мы оглянулись и остолбенели: дым валили уже возле самого нашего дома! (дом Рахмановых находился на улице Луначарского рядом с улицей Кирова) Ничего не поняв, что произошло, как, почему возник новый пожар, мы с Колей ринулись назад. Оказалось, что загорелся дом нашей соседки, старой учительницы. Ветер усиливался с каждой минутой и разносил горящую паклю с места пожара, со складов кудели и льна лепя ее на все деревянные крыши города. Так в первые же полчаса загорелась деревянная каланча, и набат умолк. Умолк навсегда: после пожара каланчу не восстановили. А в тот злополучный день, когда одновременно пылали все городские улицы, местные пожарные вообще мало что смоги сделать.
Зато упорно, систематично тушили пожар вблизи железной дороги мои любимцы – паровозы, спешно прибывшие с соседних станций. Только благодаря паровозам, качавшим воду из своих тендеров, удалось отстоять вокзал, многочисленные станционные постройки – пакгаузы, склады, сберечь мельницу “Коммуну” на Нижней площади (сейчас на месте Нижней площади располагается рынок и ул.Кирова) военные казармы, нефтяные баки. Посчастливилось жителям всех ближних к железной дороге кварталов, в частности, нам. Если бы не паровозы, охранявшие Нижнюю площадь, нам бы не удалось спасти добрую часть домашних вещей, да и самим пришлось бы худо.

 Котельничане спасаются от пожара на реке Вятке

Так, жителям центра пришлось спасаться в городском овраге с протекавшей по нему речкой Балакиревицей (сейчас речку почему-то именуют Котлянка) и на реке Вятке. Правда, и на реке в тот день много раз загорались плоты и сложенное на них имущество, но там можно было побросать вещи в воду и самим туда залезть, что жители и проделывали.
Больницу отстояла вызванная по телеграфу вятская пожарная команда, усиленная вятскими же курсантами, красноармейцами и рабочими. С Нижней площади, от “Коммуны”, была хорошо видна поднимающаяся в гору Советская улица с пылающими справа и слева домами, с объятыми пламенем колокольнями Троицкого собора и Никольской церкви, с уже сгоревшей деревянной аркой поперек улицы (осталась после первомайского праздника) (на первое мая тогда было построено две арки на перекрестках улиц К. Маркса, Пушкина и Советской, в данном случае речь идет об арке на перекрестке Советской и К.Маркса)

Но огонь не пошел дальше Верхней площади и не тронул больницы; на улице Луначарского остановился кварталом ниже дойдя до большого красивого трехэтажного здания школы, в которой мы с Колей учились (затем там был госпиталь, а сейчас противотуберкулезный диспансер) на Октябрьской и Пролетарской улицах пожар не перешагнул овраг. Что остановило пожар? Кроме усилий гасивших его людей были опять же и естественные причины. Прежде всего, льняной склад, из которого летела во все концы города пылавшая или тлевшая куделя, сгорел начисто. Затем сильный и все усиливавшийся в первой половине дня ветер (казалось, что сам пожар, разгораясь, создает этот бурный воздушный поток, а возможно, что так и было) стал утихать. И, наконец, как это часто бывает в результате большого пожара или после длительного артиллерийского боя, тучи дыма образовали дождевые тучи, и хлынул обильный дождь, благодатный дождь…

Котельничане спасаются от огня в районе Верхней площади. Ниже хорошо виден догорающий Котельнич

Как же случилось, что город сгорел на две трети? Как могла выгореть на протяжении двух километров главная улица, почти вся состоявшая из каменных домов с железными кровлями? Как сгорели три каменные церкви, в том числе и старинный толстостенный собор, рядом с которым на целый квартал простирался каменный же гостиный двор, тоже с толстыми стенамии сводчатой каменной галереей, где было всегда прохладно? Да, бессновался огненный вихрь, но могло бы еще все обойтись, если бы не дворовые постройки: амбары, сараи, дровяники – все это было деревянным, а то и ветхим, все легко вспыхивало даже от одной искры. Взглянуть бы тогда на город со стороны! Наверно, это было похоже на Страшный суд, только грешники не корчились в адском пламени, не вопили, грозя небу кулаком, а деятельно таскали на себе свое добро, порой забывая в доме ценные вещи, а спасая рухлядь и хлам.

С чего же все началось? Разумеется провели следствие, и подозрение сперва пало на столяра и гробовщика Зайцева, проживавшего в деревне Шуршонки. Якобы он в то утро варил во дворе олифу и то ли по небрежности, то ли по забывчивости упустил момент, когда костерок разгорелся и пламя охватило накопившийся в углу двора строительный мусор. Рядом же с зайцевским двором находились те самые склады льна, они то и сделались разносчиком пожара, невольными поджигателями, погубившими город. Бывают же такие злосчастные совпадения: именно в этот день, с утра пораньше, по случаю хорошей погоды, вынесли лен и куделю на крышу для просушки. И через час начался пожар…

Но что бы ни было причиной пожара, к шести часам вечера от города осталась лишь треть. Сила огня была такова, что о тушении уже не думали, спасались сами. Известен случай, когда от нивелира, вынесенного с прочим имуществом на берег, осталась только часть медной трубы с расплавленным стеклом объектива. Сейчас я вспомнил случай, характеризующий силу ветра в часы пожара. В двадцати пяти километрах от Котельнича находится село Пищалье. С выского берега Вятки в ясный день можно увидеть сельскую колокольню, - она белеет на синей лесной полосе на горизонте крохотным восклицательным знаком. В это село и принес воздушный поток легкую шелковую косынку, как весть о беде, - двадцать пять километров летела эта необычная аэрограмма.

В 1926 году неведомый почти никому Котельнич благодаря пожару приобретает всероссийскую известность, чуть ли не славу: о нем пишут в газетах, сравнивают котельничский пожар с другими известными большими пожарами, например в Сызрани, собирают и шлют пожертвования… Слава продолжалась недолго – сенсации забываются быстро. И все же сенсация была, и помощь тоже была. Приехал в Котельнич и выступил перед жителями нарком внутренних дел.
Собственно приезд такого известного человека в Котельнич являлся так же событием, но я не помню большого стечения народа на митинге в городском саду. Слишком озабочены были жители своим устройством после беды, слишком заняты подысканием хоть какого-нибудь жилья; да немного их и осталось в городе, большинство расселилось в окрестных деревнях. Впрочем, в том же загородном саду был организован пункт питания погорельцев и устроена временная библиотека-читальня. Да, прекрасная городская библиотека сгорела, как сгорели и все магазины и продуктовые лавки, - купить что-либо стало возможным только на рынке или в деревнях, - городок являл собой полдесятка квадратных километров черной пустыни, долгие месяцы – летом, осенью и зимой – удушливо пахнувшей гарью, но библиотека, конечно в миниатюре, сразу же возродилась. И люди пришедшие в сад съесть миску супа и прочитать свежую газету, полистать “Крокодил” или “Безбожник”, молча выслушали речь наркома, который деловито, без митинговых приемов, рассказал о принятых правительством мерах помощи, о спущенных городу фондах строительного леса и кирпича, и с удовлетворением разошлись. Лишь кто-то из толпы крикнул: “Почему страховку не платят?”…

А вопрос, кстати, был очень актуален. С еще дореволюционных времен большинство населения Котельнича страховалось от пожара. В 1913 году в городе было создано Котельничское городское общество взаимного от огня страхования. Страховались горожане и в более солидных “конторах”, н.п. Вятском губернском обществе страхования от огня.
Все страховые учреждения использовали в своей практике страховые доски - штампованные металлические таблички, окрашенные в два-три и более цветов и несущие определенный текстовый и изобразительный ряд. Немногие из досок дошли до нашего времени, став предметом истории отечественной культуры и объектом коллекционирования. В зависимости от величины страховые доски подразделяются на "большие" и "малые". Большие страховые доски - величиной около 20-25 см. - закреплялись на фасадах домов, а меньшего размера - величиной 10-12 см. - у входа в застрахованную квартиру. Прежде всего, доски пропагандировали саму идею огневого страхования и одновременно рекламировали конкретную страховую компанию. Наличие страховой доски у входа в дом или квартиру свидетельствовало не только о наличии у собственника полиса страхования от огня, но и подчеркивало его высокий социальный статус.

Примеры страховых досок  Примеры страховых досок

 

В России по примеру акционерных страховых компаний страховые доски использовали в практике огневого страхования также городские взаимные страховые общества, губернские земства и частные отраслевые взаимные страховые общества. На досках этих обществ обычно воспроизводились городские и, соответственно, губернские гербы, а также помещались слова: "городское взаимное общество" или "земское страхование". Названия городов и губерний встречаются на этих досках редко: страховая деятельность вышеуказанных организаций ограничивалась обычно своим регионом и принадлежность доски вполне определялась жителями по гербу.
Как уже было сказано выше, в Котельниче так же было создано городское общество взаимного от огня страхования, видимо выпускались и страховые доски этого общества, однако на данный момент не найдено ни одной такой доски. В ходе поисков, проведенных мной зимой этого года в нашем городе было найдено несколько страховых досок овальной и круглой формы (на ул. Ленина, Шмидта), которые, по видимому являются страховыми досками Вятского губернского общества страхования от огня, а так же около шести шестиугольных страховых досок уже послереволюционного периода, на которых отчетливо читается надпись "Государственное страхование", и одна небольшая доска прямоугольной формы с такой же надписью.

Две страховых доски на одном из домов Котельнича. Доска слева - доска Госстраха, доска справа, видимо доска Вятского губернского общества страхования от огня.

Ни одной доски Котельничского общества взаимного от огня страхования найдено не было. Кстати, в соседнем Орлове так же существовало общество взаимного от огня страхования и известна страховая доска этого общества. Было бы большой удачей найти страховую доску и Котельничского городского общества и таким образом приоткрыть еще одну неизвестную страницу истории нашего древнего города.

ps: еще один сильный пожар был в Котельниче в 1993 году. Тогда за пол-дня сгорело два квартала деревянных домов и только мастерство пожарных и самоотверженность котельничан не дали пожару распростарниться дальше. Загорелось в первой половине дня в выходной день. Большинство погорельцев были на дачах. Многие из них вечером приехали уже на пепелище.

Подготовлено Александром Вылегжаниным на основе рассказа Л. Рахманова "Пожары" из книги "Люди - народ интересный"
Использованы материалы сайта страхового общества "Россия" http://www.ros.ru/ru/main/museum/ (там же можно подробнее узнать о страховых досках)
Выражаю признательность директору музея Ямского Быта (г.Ижевск)  Д.Р. Никулину за помощь в подготовке данного материала.