Французский кинорежиссер Эммануэль Каррэр представит на Венецианском кинофестивале свою ленту "Возвращение в Котельнич". Небольшая группа Эммануэля Каррэра - монтажер Камилла Клод, звукорежиссеры Эрве Гиадер и Эммануэль Крозе сейчас придирчиво изучают последние метры звуковой дорожки к фильму. После всех подчисток фильм примет свой окончательный вид, в котором он вскоре отправится в Венецию.

Фильм "Возвращение в Котельнич" будет представлен в конкурсе так называемого некоммерческого кино "Против течения" на предстоящем Венецианском кинофестивале, который пройдет с 28 августа по 16 сентября. Зрители увидят совершенно особую картину с оригинальным сюжетом.
В основу фильма лег репортаж, сделанный три года назад для передачи "Специальный корреспондент". Этот сюжет под названием "Потерянный солдат" рассказывал об истории военнопленного венгра, оказавшегося в Котельниче - небольшом российском городке, в 800 км к востоку от Москвы. Следы солдата были полностью потеряны и семья считала его погибшим, пока он не объявился через 55 лет.
Котельнич показался Каррэру "странным местом, где главным развлечением является прохождение железнодорожных составов" и где он встретил молодых супругов Аню и Сашу. В июне 2002 года режиссер решил вновь приехать сюда, чтобы делать фильм.

"У меня была идея снять документальный фильм о Котельниче, хотя я не знал, ни что именно буду снимать, ни причин, побуждавших меня к этому. В течение месяца мы с моим главным оператором Филиппом Ланье ходили и снимали все подряд. Не спорю, мне нравились Аня и Саша. Ей было 25 лет, она была влюблена во Францию, прекрасно пела. Он, офицер местного ФСБ, отказывался сниматься. Я находил в них некий естественный романтизм. Но у меня по-прежнему не было сюжета. Я ждал, что что-то произойдет, но ничего не происходило", - рассказывал режиссер.

Через месяц Эммануэль Каррэр уехал, отсняв более 100 часов пленки, без ясной идеи о будущем фильме, но с ощущением того, что эти кадры "помимо моей воли расскажут что-то новое о России и обо мне самом".
И вдруг он узнал трагическую новость: Аню с ее маленьким сыном убил какой-то сумасшедший маньяк. Осенью 2002 года Каррэр со своей группой снова приезжает в Котельнич, на этот раз по печальному поводу - чтобы засвидетельствовать семье свои дружеские чувства и передать ей кадры, на которых запечатлена Аня.

"Трагический случай полностью изменил облик фильма, который естественным образом выстроился вокруг этой гибели и этого скорбного путешествия, преисполненного горечью, опьянением и гневом. Теперь я чувствовал то, что в этой картине будет уместно, а что - нет. Ее подпитывала глубокая связь с реальностью, с тем, чем жили родные Ани. В то же время она приобретала текучесть русского романа с его персонажами - теплыми, добрыми и изломанными. Я еще удивляюсь, что они согласились сниматься, но я думаю, что своим уважением и деликатностью мы воздали им за ту свободу, которую они нам предоставили", - сказал Каррэр.

Этот странный эксперимент, поведенный в самом сердце России, вернул кинорежиссера, сына Элен Каррэр д'Анкос, к его русским корням. Он, по его признанию, вновь открыл для себя русский язык, на котором говорил еще ребенком и который потом забыл. Из детства выплыла фигура его деда по материнской линии, который пропал без вести во Франции в конце Второй мировой войны.

"Постепенно я понял, что привело меня в Котельнич. Это был отзвук чего-то очень личного, что пробудила во мне история венгра, и я окунулся в реальность. Внезапно гибель Ани превратила эту личную скорбь в траур по иностранке, которая была для меня никем", - говорит режиссер. Эти трагедии, эти образы, почерпнутые из разных источников, но перекликающиеся друг с другом, составляют саму ткань фильма. Об этом пишет Le Figaro (перевод на сайте Inopressa.ru).

“Кровь в пепельнице”

Татьяна Хохрякова
Котельнич глазами французского документалиста
Взято с http://www.kultura-portal.ru/tree/cultpaper/article.jsp?number=460&rubric_id=208&crubric_id=100443&pub_id=436056  

"Возвращение в Котельнич" - так назвал свой дебютный фильм французский режиссер Эммануэль Каррер, который и прежде работал в кино, но в основном в качестве сценариста, адаптировал различные тексты для кинематографа. Картину показали на 60-м Венецианском фестивале в программе "Новые территории". Публики в главном фестивальном зале "Гранд" было очень мало, это при том, что тут ходят на все, что бы ни показывалось. Сознаюсь, лично меня привлекло наличие в названии российского города, расположенного в Кировской области. С чего бы это француз туда забрался, да еще фильм снял? Ожидания и любопытство были вполне удовлетворены.

На экране в самом деле Котельнич, узнаваемая российская провинция. Скромнейшая квартира времен совка безо всяких излишеств, с незатейливым советским бытом. В кадре - русская женщина: немолодая, усталая, словно пьяная, повторяющая фразы: "У меня нет проблем. Этого убийцу надо найти". Беседует она за столом, где выставлены только водка да торт в коробке, принесенные гостями - двумя мужчинами, говорящими между собой то на русском, то на французском языках. Вскоре в одном из них мы узнаем режиссера картины Эммануэля Каррера. Женщину зовут Галина Сергеевна. У нее убили дочь Аню, молодую еще женщину, убили вместе с крохотным ребенком Левочкой. Жестоко изрубили топором.

Мать считает, что это было заказное убийство. Никаких серьезных оснований у нее для этого нет. Все время сквозь иностранную речь звучит знакомая аббревиатура: КГБ, ФСБ. Кажется, муж убитой работает в этой структуре. Недаром же в местной газете появляются заголовки: "Пьяный кочегар зарубил семью начальника ФСБ", "Триллер в Котельниче". Галина Сергеевна хранит засохшую кровь Анечки и Левочки в пепельнице на видном месте, где пролилась она, там и осталась.
Прежде чем мы попадем в эту квартиру, успеем сполна насладиться картинами привокзальной жизни. За ними можно и в Котельнич не ездить. В любом российском городе такой фактуры навалом. По перрону Котельнича ходят старухи в ожидании поездов. Ждут то ли объедков, то ли сами продают свою немудреную еду транзитным пассажирам. До боли знакомая картина. Но когда все это видишь на экране, вновь и вновь поражаешься убожеству и мраку российской жизни. Ведь так жить нельзя. Не должно. Но ведь живем.

Эммануэль Каррер вернулся в Котельнич через два года после трагических событий, произошедших с Аней. В первый визит заинтересовал российский гражданин, который 55 лет после войны провел в больнице. Тогда и познакомился с Аней, обычной российской девушкой, бредившей Францией, изучившей французский язык и мечтавшей побывать в Париже. Не суждено тем мечтам было сбыться.

Жители Котельнича небольшой компанией собираются в кафе, это еще при жизни Ани. Им одного живого француза вполне достаточно для веселья. Такая экзотика, закачаешься. Поют, пляшут. И Аня споет под гитару про белой акации гроздья душистые. А потом, уже во второй приезд режиссера в Котельнич, все пойдут на кладбище в двадцатипятиградусный мороз, к каким во Франции непривычны. Поминки по случаю сорока дней обернутся семейным скандалом, оскорблениями: "Ты дрянь, скотина". Это Галина Сергеевна бросает в адрес сына, отслужившего в Чечне. Муж Ани - Саша скажет: "Враги сожгли родную хату, убили всю мою семью". Мать погибшей ответит, мол, еще нарожают тебе детей, ты ведь молодой. Далее последует диалог: "Зачем же так сейчас говорить?" - "А что, мы не дома?" - "Драные Котельничи, динозавры здесь не ходят..."
Интересно, что все это снималось не так давно, поскольку в кадре говорят о захвате театра в Москве, имея в виду "Норд-Ост". Но история рядовой этой семьи не менее трагична: дочь с внуком убиты, один из родственников служил в Афганистане, там, похоже, и голову сложил, а сын вернулся из Чечни и теперь скандалит с матерью.
Родственники Ани согласны сниматься в фильме, но только просят не спекулировать святыми для них вещами, сделать корректно и нежно.

Все действительно получилось нежно, насколько это было возможно на данном материале. Картина "Возвращение в Котельнич" прошла на престижнейшем из фестивалей, а жизнь ее героев стала всеобщим достоянием. Герои картины в лучшем случае увидят себя на экране, когда режиссер доедет в Котельнич в третий раз, если это вообще случится. Публика в Венеции посмотрела на всю эту беспробудность и окончательно уверилась в том, что Россия - дремучая страна. Но во мрак повергло увиденное и меня, потому что удалось посмотреть на собственную страну словно бы чужими глазами. Согласитесь, нечасты подобные поездки иностранцев в нашу российскую глубинку, преданные публичной огласке. Что-то ведь двигало режиссером, дважды побывавшим отнюдь не в Петергофе, к примеру. Зацепили его жители Котельнича чем-то? Остается надеяться, что когда-нибудь на международных кинофестивалях появятся и другие, позитивно окрашенные сюжеты о нас, добытые не нами.