Дачники и аборигены

Самое грустное – детей рождается мало. - С главой Спасского сельского поселения Валентиной Александровной Суеваловой рассуждаем о жизни в селе. А жизнь, она только тогда жизнь, когда есть продолжение. Веточка цепляется за веточку, и древо растет ввысь, углубляя корни. В Спасском и крона редкая – всего-то двое малышей родились в этом году, и корни уже не те – в последнее время чуть не каждую неделю похороны. Уходят в трудоспособном возрасте, пятидесятилетними. Одни изработались, болезни подзапустили: сельская медицина особых вариантов в сложной ситуации не предлагает. В городе даже флюорографию селянину бесплатно не сделают: объявление о том на дверях кабинета предостерегает. Мол, без денег не суйся. А вот пьяниц заметно поубавилось. Был период, - вспоминает Суевалова, - когда желтели от всякой дряни. Много людей по этой причине поумирало. Сейчас осторожничают: покупают в магазине дешевый портвейн. Хорошо, что уже не стеклоочиститель. В общем, путем естественного отбора население трезвеет. Другая забота Валентины Александровны – отсутствие средств на развитие села. Верховная власть охотно поделилась с низами полномочиями, но не деньгами. Вот если бы приняли в Москве такой закон: налоги –по месту прописки работающего. Пусть не полностью, а по-честному, пятьдесят на пятьдесят. Тогда бы и с водопроводом мороки не было, и с освещением улиц, с благоустройством, с вывозкой мусора. Дело в том, что трудоспособное мужское население Спасского занимается отходничеством. Не по собственной воле, а в связи со сложившимися обстоятельствами. Короче, жизнь заставляет.

Сельские заморочки
Работы в Спасском нет. В градообразующем предприятии - бывшем совхозе «Молот», позднее СПК, затем ООО с тем же названием - рабочих мест менее полусотни. Ликвидированы детский сад, школа пока существует в качестве филиала Юбилейной. Закрыта больница, ставшая затем геронтологическим отделением, которое прихлопнули нынче весной. Перестраховались в виду пожарной безопасности – здание-то деревянное. Так в вятском селе всегда строили исключительно из леса. И жили как-то. Даже без пожарной сигнализации. Сейчас деревню будто красными флажками обложили, когда все можно, но ничего нельзя. Мужики о текущем моменте сельской жизни выражаются непечатно, женщины им поддакивают, а по-интеллигентному подобная дурь называется: умом Россию не понять. В доказательство примеры из повседневности. Глава поселения Суевалова расстраивается: зима на носу, населению дрова нужны. Казалось бы, какая проблема – в лесу живут. Но дров нет. Прежде совхоз, потом СПК помогали местной власти решать проблему за счет собственной лесосеки. Но теперь у колхоза другой статус – ООО, а делянка выделяется только сельхозпроизводителям. Спрашивает, а разве ООО «Молот» занимается чем-то другим? Чтобы человеку купить дрова, надо обладать хорошим здоровьем и терпением - такие с этим делом заморочки. Покупатель должен заключить договор с лесничеством. Это чтобы делянку отвели. Когда отведут, иди договаривайся с тем, кто ее будет вырабатывать. Да не в устной форме. Надо написать доверенность и заверить ее нотариально: мол, да! я такой-то и доверяю такому-то напилить мне дров в лесу. Затем оформить акт приемки выработанной делянки. Старики от таких нововведений в ужасе. Или идея Москвы со скотобойнями. Понятно, что в деревне всегда скот держали для сдачи на мясо. Сейчас идет стремительное сокращение стада: за три года в три раза уменьшилось количество КРС на частных подворьях. И нацпроект не помогает. Всего четверо селян воспользовались, взяв на развитие своих пасек по 30-40 тысяч.

Миграционный процесс в развитии
В Спасском числится 570 жителей. Это по регистрации. На самом деле зимой на треть меньше, а летом наполовину больше. Миграционный процесс в развитии. Примерно 120 человек спассцев спасается от безденежья вахтой. Уезжают из дома на 2-3 месяца в Москву, Подмосковье, на Ямал. Обычно в здешних семьях так: мужик на заработках, жена с детьми дома огородничает. Но появились исключения из правил, когда оба родителя ради будущего детей меняют оседлый образ жизни на кочевой.
Вера Александровна в Спасском работала по специальности воспитателем детсада. Садик прикрыли, оформилась на полставки массовиком-затейником в доме досуга. Как известно, затеи оплачиваются скудно, поэтому, когда дочка поступила в институт на коммерческой основе, Вера Александровна решилась поменять образ жизни. Нашла работу в Москве, устроилась с жильем совсем недорого у одной сердобольной старушенции. Муж Виктор Аркадьевич тоже вахтовик. Работал водителем в Москве, теперь собрался на север. Мужчинам проще, а Вера Александровна тяжеленько привыкала к жизни по чужим углам, но дочери они образование дали, работает теперь по полученной специальности. Теперь надо сына выучить, помочь обустроиться в городе. Так что родительская вахта продолжается.
Стремление сельской интеллигенции непременно выучить детей, дать приличное образование, оно не исчезло в пучине реформ. Другое дело, что государству это стремление селян никак не поощряет. Впрочем, люди уже привыкли рассчитывать только на себя. И в этом несомненный плюс случившихся со всеми нами перемен. При одном условии: если здоровье позволяет ни на кого не надеется.

Дачники
Летом население Спасского увеличивается, по подсчетам главы сельской администрации, человек на 300. «Захожу сегодня в магазин, а в очереди почти одни дачники»,- делится своими наблюдениями Валентина Александровна. Люди тянутся к своим корням, и чем старше, тем эта тяга сильнее. Приезжают не только из ближних мест – Котельнича, Кирова, но из Москвы, Екатеринбурга, Питера, Новосибирска и даже из Америки. Судьба пораскидала бывших селян, а Спасское каждое лето объединяет. Места здесь изумительные по своей красоте: пригорки, луга, леса, речка Спаска, озера, пруды и любимая всеми Молома. Освобождающиеся дома здесь раскупаются быстро, причем не только выходцами из этих мест. Немало и тех, кто, побывав в гостях, попробовав ущицы на бережку, стремится приехать сюда снова и снова. Раздолье для рыбаков, охотников, грибников и ягодников. Дачники образуют в Спасском свои небольшие колонии.

Общество грибоедов
В него входит человек сорок, может, чуть больше. Образовалось несколько десятков лет назад и название имеет более длинное и не совсем приличное: общество ухуистов и грибоедов. Тогда все они были молоды, красивы, делали карьеру в городах, а в отпуск всегда домой, на Молому-реку. Но опять же, есть исключения из правил. Для Людмилы и Владислава все началось здесь, в Спасском – и карьера, и любовь, и семья. Оба приехали в село по распределению. Она преподавать математику в школу, он – главным врачом участковой больницы. Через несколько лет Владислав Михайлович Черезов станет в Котельниче главным врачом центральной районной больницы, Людмила Михайловна будет командовать городским образованием. В деревне, примыкающей к селу, Черезовы после отъезда в город купят маленький домик, чтобы связь с этими местами уже не обрывалась. Но жизнь, она же, оказывается, такая короткая. На ежегодную общую уху общества Людмила уже не первый год ходит одна. Впрочем, не совсем так. В Спасском часть отпуска обязательно проводит семьи сына Ильи и дочери Маши. В маленьком деревенском домике по-прежнему бывает шумно от детских голосов, смеха, крика, как и 30 лет назад. Но это уже другое поколение притягивает моломский берег. Так вот, возвращаясь к общесту грибоедов. При его создании были собраны взносы, на которые купили многоведерный котел из нержавейки - уху варить общую гармонь – песни петь и разную утварь общего назначения. К определенной дате мужская часть общества особенно азартно занимается рыбной ловлей. Без браконьерства, исключительно на спиннинг. Весь улов идет в общий котел. Повар у общества постоянный: к котлу Рудольф Громазин никого не подпускает. Впрочем, он еще и гармонист, каких поискать. Собравшись вместе, грибоеды поднимают флаг своего общества. Дачный сезон открыт. Или закрыт. Или в разгаре. На общую уху собираются 3-4 раза.

Pages: 1 2